Про время.
Я сидел у маленького, уже слегка покосившегося домика, где когда-то, наверное, кипела жизнь. Думал о своём, строил какие-то планы, как вдруг заметил, что из этого самого домика вышла бабушка.
На голове у неё был платок, который отчаянно пытался скрыть седину, но один предательский седой локон всё же выбился наружу. Видно, собиралась в спешке — не до зеркал было.
Она подошла ко мне. В руках — какой-то ветхий свёрток.
— Сынок, — тихо начала она, — уже столько лет нет на этой земле моего мужа, а я всё храню его ремень. Он мне дороже золота, как память. Ведь он почти всю жизнь с ним прошёл — и в поле, и в праздники…
Она развернула кулёк, и там действительно лежал ремень, потрёпанный до неузнаваемости. Весь в трещинах, сухой, как картон, кое-где нити распустились, будто кожа сама молила о покое. Пряжка стёрлась на углах, покрылась глубокими «шрамами» — свидетелями прожитых лет. Интересно, что только не повидал этот ремень за свою долгую жизнь?
— Можешь ли ты, дорогой, восстановить его? — в глазах старушки теплилась надежда. — Хочу внукам передать. Пусть помнят деда.
Через неделю я привёз ей готовую работу. Пряжку я не тронул — слишком много она хранила воспоминаний. Зато поставил отличную, добротную кожу, искусно состарил её, придав мягкое благородство винтажности. Бабушка расплакалась. Она была безумно счастлива — такой радости я давно не видел.
И в тот миг меня осенило: порой я делаю не просто изделия из кожи. Я делаю то, что переживёт годы, что станет эстафетой поколений. То, чему плевать на время.
Именно с этими мыслями я и создал этот ремень — пытаясь повторить ту самую магию, что когда-то случилась у меня в руках для одной старенькой женщины, которая хранила память о муже в, казалось бы, обычной полоске кожи. Я постарался сделать вещь, которую захочется передать по наследству — с гордостью и слезами на глазах. Мне кажется, у меня получилось.



